При поддержке министерства культуры чтения России


Книги на английском языке размещаются в филиале Читального зала на сайте "iReading"



Видео-материалы размещаются в филиале Читального зала на сайте "Смотрикль"

Блюмкин Яков Григорьевич - (Симха-Янкев Гершевич Блюмкин псевдонимы: Исаев, Макс, Владимиров; дата рождения 27 февраля 1900 год, расстрелян по постановлению Коллегии ОГПУ от 3 ноября 1929 год) — российский революционер и террорист, советский чекист, разведчик и государственный деятель, авантюрист. Один из создателей советских разведывательных служб. Возможный прототип молодого Штирлица. Реабилитирован посмертно.

Блюмкин появился на свет в марте 1898 года в Одессе. По другим данным, он родился в г. Сосница на Черниговщине, а чуть позже его семья вернулась в Одессу. По старой еврейской традиции на восьмой день мальчику дали имя: Симха-Янкель. Отец, приказчик Гирш Блюмкин, рано умер от сердечного приступа. Рос Янкель болезненным, денег в семье катастрофически не хватало. Мать, заботясь о будущем восьмилетнего сына, отдала его в бесплатное начальное духовное училище – Первую одесскую Талмуд-тору. Ею руководил один из крупнейших знатоков Библии и древнееврейских авторов, писатель Шолом Яков Абрамович (более известный под псевдонимом Менделе-Мойхер-Сфорим) – основоположник современной еврейской литературы.

Окончив училище, Янкель поступил на службу учеником в электротехническую мастерскую Ингера. Монтируя электропроводку в частных домах и конторах, он получал по 30 коп. в день, а ночью подрабатывал в трамвайном парке. В 1915 году юноша примкнул к партии социал-революционеров, или попросту эсеров. Он посещал их собрания, а также водил дружбу с одесскими анархистами. Уже тогда, в столь юном возрасте, за Яшей тянулся шлейф дурных историй и утвердилась слава жестокого человека. Вместе со знаменитым Мишкой Япончиком он занимался грабежами. Во время службы в торговой компании у некого Перемена будущий террорист за крупное вознаграждение умело подделывал подписи чиновников. По Одессе поползли слухи о молодом брюнете, который помогал увиливать от службы в армии. Брюнетом с левым «лисьим» глазом заинтересовалась уголовная полиция. Яков свалил все на своего начальника: мол, это по его требованию он занимался подделкой справок. Перемен, ошарашенный наглостью своего работника, подал на него в суд. Блюмкин проконсультировался у адвоката, можно ли дать судье взятку. Но судьей оказался один из самых честных и принципиальных юристов Одессы. Яша все же купил небольшой подарок и отправил его служителю Фемиды. Каково же было удивление полиции и адвоката, когда молодой проходимец выиграл безнадежный процесс! Позже Блюмкин хвастал, что в отосланный судье презент он вложил визитную карточку своего начальника.

В 1917 году Яша переехал в Харьков. Местные эсеры отправили его проповедовать их идеи в Симбирск, на родину В. И. Ленина. В январе 1918 года социал-революционер записался в Первый Одесский добровольческий железный отряд при штабе шестой армии Румынского фронта. Двадцатилетний боец участвовал в сражениях с войсками Петлюры, штыком и пулей устанавливал советскую власть в нынешнем Приднестровье и в Одесской губернии. За боевые подвиги его ввели в Военный совет армии в качестве комиссара, а в апреле 1918 года Яков стал начальником штаба армии.

И тут опять произошла неприятная история. Блюмкину было поручено экспроприировать деньги в госбанке. Умелый налетчик, а ныне – красный командир, захватил четыре миллиона рублей, предложил взятку в десять тысяч командарму, столько же запросил себе, а остальные деньги был согласен передать на нужды партии. Проходимца припугнули расстрелом, и он отдал три с половиной миллиона, а с полумиллионом сбежал. «Всплыл» Яша в Москве, где его приютили товарищи по партии. Якова Григорьевича зачислили в охрану ЦК партии левых эсеров, а с мая 1918 года он стал работать в ВЧК. Бывший налетчик, полиглот вскоре занял кресло руководителя отдела по борьбе с международным шпионажем. Надо отметить, что некоторые разработки Блюмкина до сих пор используются в работе спецслужб.

Работа в ВЧК сделала его еще более тщеславным. В разговорах со знакомыми Блюмкин выдавал себя за человека, наделенного полномочиями решать, жить человеку или умереть. А своим новым московским приятелям Сергею Есенину и Осипу Мандельштаму будущий террорист не раз предлагал посмотреть, как в подвалах расстреливают контрреволюционеров. Шефу ВЧК Дзержинскому нравился молодой чекист, под него планировались операции, которые максимально могли задействовать его природные качества – авантюризм и изворотливость, умение без грима изменять свою внешность, превращаясь из молодого человека в старика, и наоборот.

Дипломатам Германии в Москве стало известно, что 24 июня 1918 года ЦК партии левых эсеров вынес смертный приговор немецкому послу – графу Вильгельму Мирбаху. Они официально обратились в ВЧК с просьбой обеспечить его безопасность, однако никакой реакции с Лубянки не последовало. Четвертого июля, в день открытия V Съезда Советов, эсеры приняли решение привести приговор в исполнение. По их мнению, это было единственной возможностью сорвать невыгодный для России Брестский договор, заключенный Лениным с Германией в счет платы за помощь ему в захвате власти в России. Исполнителями теракта назначили Якова Блюмкина и Николая Андреева, фотографа ВЧК.

Яков понимал – наступил его звездный час. В любом случае его имя останется в истории России. Используя свое служебное положение, он собирал информацию о графе и неожиданно вышел на его племянника, офицера Роберта Мирбаха, бывшего в то время в русском плену. Изощренные способы допроса и психологического воздействия позволили Блюмкину взять с него подписку о сотрудничестве с ВЧК, а потом завербовать и нескольких немецких дипломатов. От них он узнал план помещений посольства и постов внутренней охраны. Детали операции обговаривались в кабинете Дзержинского с заместителем «железного Феликса», чекистом эсером Александровым.


Мирбах добился в Берлине очередных миллионов марок для поддержки большевистского режима в России, с вождями которого давно поддерживал тесные контакты. (Фамилия графа значилась в секретных документах еще со времен подготовки немецким генштабом большевистского переворота в России.) Однако вскоре ему стало известно, что Ленин ведет двойную игру и Москва якобы стала тайно заигрывать с Францией, к тому времени в полной мере ощутившей сокрушительные удары высвободившихся на Востоке германских войск. Только вступление России в войну могло спасти Францию от поражения. Париж обещал Кремлю крупнейшие субсидии, если будет сорван Брестский договор. Мирбах начал лихорадочные поиски путей нейтрализации закулисной сделки большевиков. Ему необходимо было найти такого лидера, который бы мог возглавить новое правительство России, но при этом твердо держал бы слово. С его помощью граф собирался убрать Ленина с политической арены. Но так как в большевистском стане таких не нашлось, посол обратил свой взор к правым партиям. Не исключено, что, прознав о ленинском двурушничестве, Вильгельм мог намекнуть Владимиру Ильичу, что если тот не одумается, то он предаст гласности всю подноготную Октябрьского переворота.

Ранним утром шестого июля 1918 года Блюмкин пришел в ВЧК, взял бланк мандата и уполномочил себя вести переговоры с германским послом. Подпись Председателя Всероссийской Чрезвычайной Комиссии Феликса Дзержинского он умело подделал, печать поставил эсер Александров. В 14.15 темного цвета «паккард» остановился у особняка германского посольства в Денежном переулке Москвы. Выйдя из машины, Блюмкин приказал шоферу не глушить мотор. Вместе с ним пошел его однопартиец Андреев. Советнику посольства Бассевитцу Яков Григорьевич показал поддельный мандат и потребовал личной встречи с послом Мирбахом. Его провели через вестибюль в гостиную и предложили подождать. Немцев и тут подвела их законопослушность. Посол, наслышанный о готовящемся покушении, избегал встреч с посетителями, но, взглянув на мандат и узнав, что прибыли официальные представители советской власти, решил выйти к ним в сопровождении первого советника посольства Карла Рицлера и военного атташе лейтенанта Леонграта Мюллера. Ведь Блюмкин, а это было им хорошо известно, являлся начальником контрразведки ВЧК.

Яков предъявил графу бумаги, которые красноречиво говорили о шпионской деятельности на территории России его племянника. Мирбах заметил, что ему безразлична судьба Роберта. Тогда Андреев поинтересовался, не хочет ли граф узнать о мерах, которые собирается предпринять советское правительство. «Да, господин посол, вы желаете это знать?» – повторил вопрос Блюмкин. Его слова были сигналом для обоих террористов. Яков выхватил из портфеля револьвер и произвел несколько выстрелов по Мирбаху, но попал в советника и атташе. Тяжелораненые Мюллер и Рицлер повалились на пол. Граф, вскочив с кресла, бросился в зал. Андреев побежал за ним и бросил ему под ноги бомбу, но она не взорвалась. Тогда он сильным ударом сбил посла с ног, затем резко отскочил от него. Блюмкин в это время подобрал бомбу, поправил детонатор и бросил ее в Мирбаха. Раздался взрыв, посол, обливаясь кровью, упал на ковер. Он был смертельно ранен в голову, лежал в луже крови. Якова взрывной волной отбросило на несколько метров. Оставив на столе шляпы, мандат и портфель с запасным взрывным устройством, террористы выпрыгнули в разбитое взрывом окно. Николай через несколько секунд уже был в машине. Блюмкин же приземлился неудачно и повредил ногу. Он с трудом карабкался через ограду, и сотрудник посольства прострелил ему ягодицу. Террорист прыгнул на тротуар, хромая, побежал к автомобилю и ввалился в салон. Вскоре «паккард» въехал во двор особняка Морозова в Трехсвятительском переулке. Там размещался штаб отряда ВЧК под командованием левого эсера матроса Д. Попова. Блюмина быстро остригли, сбрили бороду, переодели в красноармейскую форму и положили в лазарет. Спустя полчаса Дзержинский, Чичерин, Троцкий и Свердлов узнали о теракте. Председатель ВЧК доложил Ленину о вероятном убийце Якове Блюмкине и о том, где он может прятаться. «Только, – отметил шеф ВЧК, – по описанию внешность его и убийцы не совпадают». Двадцатилетнего террориста Мюллер, оставшийся в живых, принял за тридцатипятилетнего мужчину. Чекист № 1 тогда еще не знал, что Яков, не применяя грима, мог старить и молодить свое лицо в течение нескольких секунд. Эта особенность не раз спасала ему жизнь.

Как потом свидетельствовал нарком просвещения А. Луначарский, сразу же после покушения на Мирбаха Ленин в его присутствии отдал по телефону очень интересный приказ об аресте убийц: «Искать, очень тщательно искать, но не найти». Осень 1918 года Блюмкин провел в Петрограде. По указанию Дзержинского местные чекисты надежно спрятали его – после нашумевшего убийства за голову террориста немцы посулили бешеные деньги.

Затем чекиста послали в Украину, где он под именем Григория Вишневского вел революционную пропаганду, готовил покушение на гетмана Павла Скоропадского, спровоцировал несколько восстаний в Киевской и Полтавской губерниях. Когда же Красная Армия вступила в Киев, в 1919 году Яков Григорьевич явился с «повинной» к председателю местной ЧК Лацису. 16 мая 1919 года Президиум ВЦИК специальным постановлением, «учитывая добровольную явку Блюмкина и подробное объяснение обстоятельств убийства германского посла», амнистировал его. Ленин не очень и сердился на террориста – ведь Мирбах слишком много знал компрометирующих подробностей о Владимире Ильиче. Вскоре по рекомендации «железного Феликса» решением Орготдела ЦК РКП(б) Яков Григорьевич стал членом компартии большевиков.

Левые эсеры, к которым некогда примкнул Блюмкин, за отступничество приговорили бывшего однопартийца к смерти. Они стреляли в него из револьвера, но Яков был только ранен, и его отвезли в больницу. Там террористы-эсеры бросили бомбу в окно палаты, но за несколько секунд до взрыва Блюмкин успел выпрыгнуть в окно. После этого на него покушались еще несколько раз, но неудачно.

В июне 1920 года палача и террориста послали в Северный Иран, чтобы он разобрался в тамошней непростой политической ситуации. Под видом дервиша Яков проник в Персию. Выдавая себя за личного друга Троцкого, Дзержинского и вообще всех сильных мира сего, он разработал и подготовил государственный переворот. Уже через четыре месяца Блюмкин осуществил революцию в северных провинциях страны, провозгласил Гилянскую советскую республику и стал членом ЦК Компартии Ирана.

 

 

Москва поощрила инициативного и удачливого большевика, наградив боевым орденом и зачислением в Академию Генерального штаба РККА. Компартия выделила террористу четырехкомнатную квартиру на Арбате. Здесь часто собирались представители богемы и партийные бонзы, например Лев Троцкий, который подружился с Блюмкиным и сделал его потом своей правой рукой, и Сергей Есенин, которого «товарищ Блюмочка» называл «террористом в поэзии». Захаживали сюда и Осип Мандельштам (его Яков любил пугать расстрелом), Владимир Маяковский, Николай Гумилев и многие другие. Хозяин роскошной квартиры публиковал свои очерки в журнале «Огонек» под псевдонимом «Я. Сущевский» и писал стихи, говорят, неплохие. Их любил Гумилев, боготворивший палача и называвший его «ангелом ада». У Блюмкина всегда было что выпить и чем закусить, с Востока он привозил наркотики и дорогие вещи, к нему липли женщины, террорист иногда предлагал им заняться любовью на трупах расстрелянных контрреволюционеров. Такая богемная жизнь привела Блюмкина к зависимости от алкоголя и наркотиков. Тогда же он женился на Татьяне Файнерман, дочери известного толстовца Тенеромо. Потом его женой была Нина Сац, убитая при загадочных обстоятельствах. Якова подозревали в организации по заданию Троцкого убийства «антисоветчика» Сергея Есенина. Как вспоминал дворянин, а позже большевик и многолетний зэк ГУЛАГа Николай Леонтьев, они с Блюмкиным сначала задушили поэта, а потом с целью инсценировки самоубийства повесили тело Сергея на ремне от его штанов.

На Кавказе террорист принимал участие в подавлении антисоветских мятежей и сдружился с Берией. В 1922 году Якова отозвали из Академии РККА и направили в секретариат наркома по военным делам для выполнения особых поручений Л. Д. Троцкого. В октябре 1923 года Ф. Дзержинский перевел террориста в иностранный отдел ОГПУ на должность главного инструктора государственной внутренней охраны Монголии и руководителя советской разведки в Тибете, Монголии и северных районах Китая. Новый начальник очень скоро подмял под себя всю советскую миссию в Улан-Баторе и жил в свое удовольствие. В первую очередь его интересовали женщины, кокаин, алкоголь и новые авантюрные приключения.

В 1924 году Москва попыталась разгадать тайну страны чародеев Шамбалы, расположенной, согласно легенде, в глубине Азии, в труднодоступных горах на границе Индии, Афганистана и Тибета. Большевики, а позже и руководители фашистской Германии хотели овладеть уникальными знаниями и получить доступ к неисчерпаемым источникам психотропной энергии для управления большими массами людей. Кремлевская верхушка мечтала устроить в Тибете социалистическую буддийскую федерацию как один из эпицентров мировой революции. Началось все с Блюмкина, который еще в 1918 году случайно побывал в Петрограде на лекции ученого-биолога, автора мистических романов Александра Васильевича Барченко и захотел сам стать первым обладателем секретных знаний Шамбалы. Для этого он разработал план и стал претворять его в жизнь.

В ноябре 1924 года Яков Григорьевич в Москве сообщил Барченко, что его опыты по телепатии заинтересовали органы ОГПУ, и попросил написать отчет об этом на имя Дзержинского. Главный чекист России, заинтригованный устным рассказом террориста, передал документы сотруднику секретного отдела ВЧК Я. Агранову. В личной встрече ученый рассказал тому не только о своих опытах, но подробно изложил теорию существования замкнутого научного коллектива в Центральной Азии и проект установления контактов с обладателями его тайн. Агранов был потрясен. Дело завертелось, была создана нейроэнергетическая лаборатория (один из главных государственных секретов Советской России). Она занималась всем: от гипноза, НЛО и «снежного человека» до изобретений, связанных с радиопеленгацией. Перед учеными лаборатории для начала ставилась цель: научиться посредством телепатии читать мысли противника на расстоянии, снимать информацию с мозга собеседника взглядом, управлять поведением толпы. Параллельно занялись поисками Шамбалы, на экспедицию в Гималаи правительством были выделены огромные по тем временам деньги – 600 тыс. долларов. Посредством интриг Яков сумел столкнуть лбами две враждующие группировки ВЧК и сделать так, чтобы вместо огромной экспедиции послали в Тибет его одного с имеющимися секретными документами и картами. Отдел иностранной разведки в строжайшей тайне поручил Блюмкину отыскать загадочную Шамбалу и установить с ней контакт с целью использования ее непревзойденных знаний и умений для мировой революции. Сам же Яков хотел стать единоличным обладателем уникальных навыков для управления людьми.

17 сентября 1925 года «монгольский лама» присоединился к экспедиции художника и философа-мистика Николая Константиновича Рериха. Она двигалась в район предполагаемого нахождения Шамбалы. Лама Блюмкин незаметно наносил на карту тропы, погранпосты, заграждения, коммуникации, высоты, метраж участков дорог. Вместе с экспедицией террорист посетил более 100 тибетских святилищ и монастырей; преодолел 35 высокогорных перевалов, в том числе перевал Дангла, который считался неприступным. Но достичь таинственной страны магов Якову не удалось. То ли ее не существовало вовсе, то ли на картах была нанесена неполная информация, то ли простым смертным туда не добраться. Впоследствии все причастные к поискам Шамбалы были расстреляны.

В декабре 1926 года бывший «лама» отправился в Китай советником к генералу Фэн Юйсяну – организовать работу разведки и контрразведки, с которой он блестяще справился. Потом Блюмкин поехал в Монголию. В Улан-Баторе руководитель советской миссии позволил себе расслабиться, устраивая ночные оргии, продолжая употреблять кокаин. А на новогоднем банкете в ЦК МНРП Яков перепил, полез целоваться с высоким монгольским начальством, заставлял всех произносить тосты за Одессу-маму, отдавал портрету Ленина пионерский салют и в конце концов его обильно стошнило на установленный посреди зала портрет вождя. Кремль закрыл глаза и на эту «шалость» своего любимца.

В 1928 году Блюмкина под именем персидского купца Якуба Султанова отправили в Палестину для организации шпионской сети на Ближнем Востоке. По легенде, он должен был заниматься торговлей антикварными еврейскими книгами, для чего по всему Советскому Союзу изымали раритеты, которые «купец» за огромные деньги продавал, а выручку клал себе в карман. Но главное, что задание партии было выполнено. Основная ближневосточная резидентура Я. Блюмкина располагалась в Тель-Авиве, нити советской разведки тянулись в Турцию и Персию, Египет и Грецию, Северную Африку, Малайзию и другие страны.

С 1928 года убийца Мирбаха возглавлял советскую резидентуру в Стамбуле, где допустил непоправимую ошибку. 16 апреля 1929 года он тайно встретился с высланным из СССР Львом Троцким, и они проговорили несколько часов. Блюмкин согласился работать на оппозицию и взялся тайно доставить в Москву письмо с обращением к партийным деятелям СССР, в котором Лев Давидович предупреждал об опасности узурпации власти Сталиным.

По дороге домой, на пароходе, подвыпив, Яков начал болтать о своей исключительности, что, мол, сам Троцкий с ним советуется и критикует политику СССР на КВЖД. «Стукачи» сообщили об этом в Москву. К неблагонадежному разведчику подослали чекистку Лизу Горскую, которой начальство предложило вступить в интимную связь с убийцей Мирбаха и выведывать необходимую информацию. Женщина согласилась – многие мечтали поближе познакомиться с обаятельным брюнетом, а бабник Блюмкин клюнул на приманку. После встречи с другом, большевиком Карлом Радеком, которому Яков под большим секретом сообщил о связях с Троцким и показал письмо, начались настоящие неприятности. Радек «заложил» Блюмкина Сталину, и тот приказал своим подручным не спускать с него глаз и установить все его связи с оппозицией. Судьба Я. Г. Блюмкина была предрешена. Поняв это, он решил бежать из страны. Взяв с собой чемодан долларов и любовницу, разведчик отправился на вокзал. Но Горская уговорила его «залечь на дно» у нее дома. Блюмкин поверил ей и вернулся. На квартире Лизы его ждала засада. Он добровольно сдался, надеясь на очередное помилование, но просчитался. Террориста осудили 3 ноября 1929 года «за повторную измену делу пролетарской революции и Советской власти» и расстреляли.

Велидов А. С. "Похождения террориста. Одиссея Якова Блюмкина"

Густерин П. В. "Советская разведка на Ближнем и Среднем Востоке в 1920—30-х годах"

Ивашов Л. Г. "Опрокинутый мир. Тайны прошлого - загадки грядущего. Что скрывают архивы Спецотдела НКВД, Аненербе и Верховного командования Вермахта"

Леонов Б. А "Последняя авантюра Якова Блюмкина"

Матонин Евгений "Яков Блюмкин: Ошибка резидента"

Савченко В. А. "Авантюристы гражданской войны"

Сушко Ю. М. "Девять жизней Якова Блюмкина"

Шишкин О. А. "Битва за Гималаи. НКВД: магия и шпионаж"

Евгений Рябинин "Личный враг Сталина" (документальный фильм о Якове Блюмкине)

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

© Copyright "Читальный зал". All Right Reserved. © 1701 - 2022
Народное нано-издательство "Себе и Людям"