При поддержке министерства культуры чтения России


Книги на английском языке размещаются в филиале Читального зала на сайте "iReading"



Видео-материалы размещаются в филиале Читального зала на сайте "Смотрикль"

История конкисты. Начальный период.
 
А теперь настало время поговорить о сроках. Чудо конкисты оказывается таким «незаметным» отчасти еще и по той причине, что даже в исторической литературе эпоха конкисты обычно представлена с очень размытыми хронологическими границами. Говорится: «Эпоха конкисты — XVI век», или же: «В XVI веке, в эпоху испанского завоевания Америки…» и т. п. — так создается впечатление, будто конкиста растянулась на целый век, а сто лет — срок немалый. Попробуем, однако, наметить более точные хронологические рамки конкисты — но для этого нам придется бегло очертить историю открытия и завоевания Нового Света.

В ней достаточно четко выделяются три периода. Начальный занимает четверть века — с 1493 по 1519 годы. Первая дата — крупномасштабная экспедиция Колумба в Новый Свет, предпринятая не столько с исследовательскими, сколько с колонизаторскими целями: тогда на семнадцати кораблях великий мореплаватель уже в звании «Адмирала моря-океана» привез на открытый год назад остров Эспаньолу[2] полторы тысячи поселенцев и все необходимое для их жизни: скот, лошадей, собак, горы провианта, инструментов, семян, товаров. Вторая дата — начало экспедиции Кортеса в Мексику — обозначает новый период в истории испанского завоевания Америки.

То, что происходило между этими хронологическими границами еще нельзя назвать конкистой в полном смысле этого понятия — нельзя по двум причинам: не те расстояния и не те аборигены. Действие этого периода разворачивается преимущественно на Антильских островах, населенных индейскими племенами (араваки, тайно, карибы, сибонеи и др.), стоявшими на низком уровне общественного развития. Вопреки своим чаяниям, испанцы не нашли на островах ни пышных городов, ни богатых залежей драгоценных металлов — здесь жили полуголые дикари, с которых и взять-то было нечего, кроме жалких золотых побрякушек. Случалось, индейцы оказывали ожесточенное сопротивление пришельцам, бывало, поднимали восстания, но силы были слишком неравны, и военные действия превращались в избиение младенцев. В результате за четверть века коренное население островов сократилось в десятки раз, а к концу XVI столетия исчезло практически полностью.

Завоевание Антильских островов


С 1509 г. Хуан Понсе де Леон начинает колонизацию острова Сан-Хуан (нынешний Пуэрто-Рико); год спустя Диего де Веласкес приступает к покорению Кубы; в 1511 г. Хуан де Эскивель высаживается на Ямайке, но эти экспедиции не идут ни в какое сравнение с будущими грандиозными материковыми экспедициями — ни в военном отношении, ни по пройденным расстояниям, ни по усилиям, ни по полученным результатам.

В этот период наиболее важные географические открытия были сделаны не в захватнических, а в чисто исследовательских экспедициях. Первого августа 1498 г. Колумб открыл новую землю и верно предположил, что это «Твердая Земля», то есть материк, хотя и счел Южную Америку восточной оконечностью Азии. Как только в 1499 г. королевская чета отменила монополию Колумба на открытие новых западных земель, по его следам ринулись другие мореплаватели. Соратник Колумба Алонсо де Охеда вместе с Веспуччи обследовал северное побережье материка от устья Амазонки до Венесуэльского залива. На полуострове Парагуана Веспуччи увидел свайный поселок, «город над водой, подобный Венеции», и назвал залив Венесуэлой (Маленькой Венецией) — впоследствии это название перешло на весь южный берег Карибского моря до дельты Ориноко. Другой спутник Колумба, Педро Алонсо Ниньо, в том же 1499 г. прошел около трехсот километров вдоль материкового берега к западу от острова Маргарита, где выменял у индейцев почти сорок килограммов отменного жемчуга. Ни одно испанское заморское предприятие не обогатило так его участников, как это; и на следующий год часть поселенцев с Эспаньолы перебралась на остров Кубагуа, где основала колонию.

Завершил обследование Карибского побережья Южной Америки богатый севильский юрист Родриго де Бастидас. В октябре 1500 г. по следам предшественников Бастидас достиг мыса Ла-Вела и пошел дальше на юго-запад вдоль неисследованного берега. В мае 1501 г. Бастидас увидел снежные пики Сьерра-Невада, затем открыл устье великой реки Магдалены и дошел до Дарьенского залива, где начинается берег Панамского перешейка. Еще один соратник Колумба, Висенте Яньес Пинсон, в 1500 г. прошел около четырех тысяч километров вдоль атлантического побережья Южной Америки — от восточной оконечности материка до дельты Ориноко. Сам же неутомимый Колумб во время четвертой экспедиции в Новый Свет (1502–1504) обследовал Карибское побережье Центральной Америки — берега нынешних Гондураса, Никарагуа, Коста-Рики и Панамы до залива Ураба.

В 1513 г. Васко Нуньес де Бальбоа навеки вписал свое имя в историю географических открытий, когда пересек Панамский перешеек и первым из европейцев увидел Тихий океан, окрестив его Южным морем. Кстати, именно Бальбоа принес с тихоокеанского побережья весть о лежащем на юге богатом государстве. Заместителем Бальбоа в той экспедиции был Франсиско Писарро — ему-то впоследствии и выпала удача завоевать империю инков.

В том же 1513 г. Хуан Понсе де Леон в поисках источника вечной молодости, о котором услышал от индейцев, открыл Флориду, а затем Юкатан — правда счел их островами. В 1517 г. Франсиско Эрнандес де Кордова, отплыв с Кубы в поисках рабов, нехватка которых уже стала ощущаться на острове, вышел к полуострову Юкатан, проследил семьсот километров его побережья и предположил, что это — материк. Куда важнее другое — здесь были обнаружены туземные народы, по уровню культуры намного превосходившие дикарей Антильских островов. Туземцы (а это были индейцы майя) строили большие каменные храмы, носили красивые одежды из хлопчатобумажных тканей и украшали тела тонкими изделиями из золота и меди. Правда, это открытие очень недешево обошлось конкистадорам. Майя оказались не такие простаки, как араваки и тайно, они не купились на дешевые побрякушки и встретили незваных гостей во всеоружии. Во время последней битвы у селения Чапотон испанцы потеряли пятьдесят человек убитыми, пятеро утонули, двое попали в плен. Ранены были почти все, в том числе множество ранений получил и сам Кордова. Для управления судами не хватало рук, поэтому один корабль пришлось сжечь, а на оставшемся конкистадоры кое-как добрались до Кубы. Кордова умер через десять дней после возвращения.

Препятствия никоим образом не останавливали конкистадоров — наоборот, лишь распаляли их неуемную энергию. На следующий год бьша организована куда более внушительная экспедиция в составе четырех кораблей и двухсот сорока солдат под командованием Хуана де Грихальвы. Тот проследил северное побережье Юкатана, дошел до реки Пануко и окончательно убедился, что земли эти — материковые; а главное, он привез первые известия о богатейшем государстве ацтеков, которые послужили стимулом для организации завоевательного похода Кортеса.

Важно, однако, подчеркнуть: хотя испанцы проследили несколько тысяч миль материкового побережья, они, за исключением Бальбоа, не предпринимали попыток далеко углубиться в неизведанные земли и потому не имели представлений ни о размерах материков, ни о населявших их народах. Никто, например, даже не подозревал, что Флорида и Юкатан — земли одного материка. Еще хуже обстояли дела с географическим статусом Южной Америки. Казалось бы, она изначально должна была утвердиться в качестве «Твердой Земли», коль скоро экспедиции Охеды и Пинсона, обследовавшие в общей сложности более семи тысяч километров побережья, не оставляли никаких сомнений относительно ее «твердости». Затем последовало знаменитое письмо Веспуччи, где прямо говорилось об огромном новом континенте. Тем не менее, еще очень долго в представлениях большинства конкистадоров и космографов[3] Южная Америка считалась большим островом, вытянутым с запада на восток. В таком виде она фигурирует на глобусе Иоганна Шёнера (1515) и на карте мира (1516), найденной в архивах Леонардо да Винчи. Даже в 1552 г. знаменитый космограф Себастьян Мюнстер описывал Южную Америку как группу островов — Венесуэла, Перу, Бразилия, Огненная Земля — все по отдельности. Долгое время она не имела не только хозяев и поселений, но даже твердого имени. Колумб окрестил материк Землей Благодати, предполагая, что в глубине его находится земной рай. Однако особой благодати на этих бедных землях с их нездоровым климатом не наблюдалось, и название не прижилось. Чаще всего ее называли по имени залива, открытого Колумбом, — Землей Пария. Почти одновременно возникли новые имена: Америка, Новый Свет (эти названия поначалу относились только в южному материку), Земля Истинного Креста, Бразилия, а иногда и Неведомая Земля.

Все сказанное вовсе не имеет целью преуменьшить значение начального периода испанского исследования и завоевания Америки. Нет, это был крайне важный подготовительный период, без которого конкиста не могла бы состояться; это был своего рода трамплин для броска на материк. Свершенные в эти годы географические открытия и полученные сведения о богатых государствах указали конкистадорам пути дальнейшей экспансии. Далее, за четверть века испанского присутствия в Америке были выработаны те формы экономической и социальной организации колоний, какие с успехом применялись и в дальнейшем. А для практики грядущей конкисты особое значение имели два обстоятельства.

В эти годы сложились и были отлажены отношения конкистадора с королевской властью, то есть та система договоров и обязательств, которая, как оказалось, наилучшим образом подходила для грандиозного предприятия покорения Америки. И другое: начальный период конкисты стал суровой школой для будущих покорителей материков: Кортес, например, провел на Антильских островах тринадцать лет, прежде чем совершил рывок на материк, а Писарро — в прибрежных колониях Южной и Центральной Америки целых восемнадцать лет, после чего отважился покорять могущественное государство инков во главе ста восьмидесяти человек.

И потому, может быть, главный итог периода «предконкисты» состоит в том, что в эти четверть века в Новом Свете родился конкистадор как таковой во всем своеобразии его духовного облика: человек особой закалки, неукротимой энергии, с необузданным воображением, бесконечно выносливый и упорный, готовый на все для достижения цели, устремленный в неведомое, уже не европеец по своему самосознанию, испытавший на себе неотвратимое преобразующее воздействие девственного пространства — будущий покоритель Америки.

Читать дальше>>>

 

© Copyright "Читальный зал". All Right Reserved. © 1701 - 2022
Народное нано-издательство "Себе и Людям"