При поддержке министерства культуры чтения России


Книги на английском языке размещаются в филиале Читального зала на сайте "iReading"



Видео-материалы размещаются в филиале Читального зала на сайте "Смотрикль"

Партия "Ничего не знаю".

Движение «ничего не знающих» упоминается советскими и российскими учеными в общих трудах по истории Америки, а также в работах по партийно-политической системе и религиозным организациям США. Однако до сих пор в отечественной историографии отсутствует специальное исследование, посвященное партии американских националистов- нативистов.

Нативизм (или нейтивизм, от англ, native — «коренной», «уроженец») — североамериканский национализм, характеризовавшийся неприязненным отношением к католикам и иммигрантам. Возникновение его связано с существованием исторического антагонизма между протестантами и католиками. Корни уходят в эпоху религиозных войн и конфликтов ХVІ-ХVІІ вв. в Европе. Причинами усиления антикатолических и антииммигрантских настроений являлись также сложные экономические, культурные и социальные трансформации, которые переживала Америка в первой половине XIX в. Промышленный переворот и транспортная революция (строительство каналов, железных дорог, новых портов) нарушали привычный уклад жизни и способствовали притоку иммигрантов-рабочих в бурно развивавшуюся страну. Большие группы населения с трудом приспосабливались к происходившим изменениям, искали врагов-виновников общественных проблем. Подобные настроения выразились в деятельности Американской нативистской партии (организации «ничего не знающих»). Наибольшего успеха она достигла в середине 50-х гг. XIX в. в условиях кризиса и краха двухпартийного механизма демократы — виги. В этот период «ничего не знающие» заняли место распавшихся вигов. Они успешно претендовали на статус второй партии и политической силы, противостоявшей демократам.

Исторически в США существовали три формы нативизма: I) связанная с неприятием иностранцев — носителей радикальных идей Французской революции и прочих левых экстремистов; 2) антикатолическая; 3) расистская. В американском национализме нашла место ностальгия, тоска по временам «первозданной», «чистой» протестантской республики. В антикатолических настроениях отразились страхи перед Испанией и Францией, с которыми велись пограничные войны в течение почти двухсот лет. Расовый нативизм, часто ориентированный на антирадикализм и антикатолицизм, опирался на идею превосходства англосаксов над другими народами. Он был связан с экспансионизмом, «доктриной Монро», империалистической теорией «предопределения судьбы», представлениями о преимуществе демократии, республиканизма и американских ценностей.

Нативизм пользовался слабым влиянием на рабовладельческом Юге, в отличие от Севера. Дело в том, что основной поток иммиграции направлялся в индустриальные центры и на свободные, пригодные для фермерства земли северных штатов. Можно выделить три волны нативистского движения: 1) 1830-е гг. — возникновение первых тайных организаций, публикация антикатолических книг и периодических изданий; 2) 1840-е гг. — национализм получает массовую поддержку, происходят вооруженные столкновения на этноконфессиональной почве, создаются локальные партии, которые приобретают успех на местных выборах в ряде штатов; 3) 1850-е гг. — нативизм выходит на федеральный уровень, создается мощная общенациональная политическая организация.

Коренных белых американцев беспокоил быстрый рост численности представителей этноконфессиональных меньшинств в США. В 1820-1860 гг. наблюдался приток в Америку пяти миллионов иностранцев. Только за два года через г. Нью-Йорк в страну въехали 275 000 человек. Пик иммиграции приходился на период 1846-1855 гг., когда в Америку прибыли более трех миллионов выходцев из Старого Света. Дело в том, что Европа переживала революционные потрясения, экономический кризис и неурожаи, приведшие в Ирландии к «Великому голоду». Нью-Йорк, Массачусетс. Пенсильвания, Мичиган и Огайо стали штатами массовой иммиграции ирландцев. В таких городах, как Чикаго, Милуоки, Нью-Йорк и Сент-Луис иммигранты начали численно превосходить местных уроженцев. В Калифорнии и на других территориях Запада обосновались китайцы, чилийцы и мексиканцы. Среди переселенцев из Англии, Шотландии, Германии и Скандинавии было множество иноверцев-мормонов и других сектантов. Но более трети иммигрантов составляли ирландские, немецкие и канадские католики.

Американские католики насчитывали около трех миллионов человек (10-15% населения). Компактно они проживали в таких городах, как Нью-Йорк, Бруклин, Филадельфия, Балтимор, Бостон, Милуоки, Цинциннати, Сент-Луис, Новый Орлеан, Батон-Руж. При этом в Филадельфии и Нью-Йорке католики составляли более трети населения. Большие католические общины находились в штатах Юго-Запада (мексиканцы, потомки испанцев и французов) и Среднего Запада (немцы), в Нью-Йорке, Мэриленде и Пенсильвании (ирландцы). Общепризнанным центром американского католицизма являлась долина реки Миссисипи, особенно ее северная часть с г. Сент-Луис.

Наплыв «иноверцев» вызвал неприятие белых англосаксов-протес- тантов, составлявших большинство населения США. Среди обывателей начали распространяться представления об иностранном или католическом «заговоре» с целью захвата власти в «протестантской республике» Нативисты спекулировали на религиозных предрассудках и страхах коренных граждан, опасавшихся конкуренции дешевого труда иммигрантов. Они требовали, чтобы на работу принимали только «истинных» американцев. Раздражала и естественная тенденция к обособлению этноконфессиональных общин, оказавшихся в чужеродной, подчас враждебной среде мегаполисов. В появлении замкнутых сообществ, землячеств, «кланов» видели доказательство преднамеренного сопротивления иммигрантов «американизации», полного пренебрежения ими американских традиций.

Крайние националисты-оранжисты видели в этом козни Святого Престола и подрывной революционной организации «Молодая Ирландия». Экстремисты хотели выслать из страны всех иммигрантов и католиков. Главными лозунгами американских националистов стали: «Америкой должны управлять американцы», «Наша страна, вся наша страна и ничего кроме нее!» и «Америка для американцев». О популярности подобных настроений свидетельствует факт участия известных людей в движении националистов. Так, одним из идеологов нативизма в 1830-е гг. был профессор скульптуры и живописи Нью-Йоркского университета, изобретатель телеграфа Сэмюель Ф. Морзе.

Зарождавшиеся организации нативистов были тайными обществами, созданными по типу масонских орденов и лож, или консервативными протестантскими ассоциациями. В их создании принимали участие не только представители среднего класса, протестантского духовенства, но и рабочие. Примерами первых групп нативистов являются: «Нью-йоркская протестантская ассоциация» (1831 г.), «Американская партия» (1835 г.), «Сыновья 1776 года», «Нативистская Американская ассоциация» (1837 г.), «Американская республиканская партия» (1843 г.), «Орден объединенных американцев» (1844 г.), «Орден объединенных американских механиков» (1845 г.). Эти организации сумели спровоцировать уличные волнения на религиозной почве. В мае и июле 1844 г. в Филадельфии произошли столкновения между католиками и протестантами. В результате погибли около тридцати и были ранены несколько сотен человек. Большинство же нативистов предпочитало мирную политическую борьбу. Основным вопросом дискуссий являлась школьная реформа в штатах, ущемлявшая права католиков. На муниципальных выборах 1841 и 1843- 1844 гг. в Нью-Йорке нативисты впервые пришли к власти. Они сумели нанести сокрушительное поражение старым партиям вигов и демократов.

Политическая программа нативизма — «протестантский республиканизм» включала следующие пункты: 1) законодательное ограничение иммиграции; 2) затруднение натурализации иностранцев, продление срока получения ими американского гражданства с пяти до четырнадцати, двадцати одного или даже двадцати пяти лет; 3) запрещение католикам и «чужестранцам» занимать государственные посты; 4) «американизация» системы образования, ежедневные молитвы и чтение Писания в школах, применение в педагогическом процессе протестантского варианта Библии; 5) борьба с политическим и религиозным влиянием католической церкви и римского папы; 6) высылка из страны всех нищих и бродяг некоренной национальности; 7) поддержка патриотических чувств, создание сети обществ, выражающих «американские интересы»; 8) осуществление внешней политики, военных акций только исходя из национальных интересов, а не под влиянием других держав; 9) принятие «американских законов» в интересах американцев, борьба с преступностью, защита правопорядка внутри страны, поддержка национальной конституции и демократической системы; 10) противодействие партиям и политикам, поддерживающим иммигрантов-«пришельцев»; 11) защита интересов протестантов; 12) опора на «здоровые силы» в американской нации; 13) ориентация на консервативные идеи Джорджа Вашингтона; 14) борьба с «иностранным» влиянием на всех уровнях государственной власти; 15) введение ограничений на продажу спиртных напитков — «ликерного» или «сухого» закона.

Во второй половине 40-х гг. XIX в. произошло обострение социально-экономических и политических противоречий в американском обществе. Связано оно было с нерешенностью главной проблемы — вопроса о рабстве, ставшего «взрывоопасным». Это привело к распаду старой двухпартийной системы виги — демократы в начале 50-х гг. XIX в. Данное обстоятельство способствовало активизации различных движений, организаций и партий, рост влияния которых ранее сдерживался. В штате Нью-Йорк в 1849-1850 гг. возник новый секретный «Орден усеянного звездами знамени» (Order of the Star Spangled Banner, OSSB) во главе с Чарльзом Б. Алленом. У тайного братства имелось и неофициальное название — «незнайки» или «Орден ничего не знающих» (The Know-Nothings). Его дал известный журналист из газеты «Нью-Йорк Трибюн» Горацио Грили в ноябре 1853 г. Члены ордена окутывали свою деятельность атмосферой тайны и на вопрос о делах организации отвечали: «Ничего не знаю» («I know nothing»).

В истории «ничего не знающих» можно выделить три периода: 1) возникновение и организационное оформление (1849-1853 гг.); 2) стадия наивысшего подъема движения (1854-1856 гг.); 3) кризис и распад (1857- 1859 гг.). На первом этапе существования ордена наблюдалось его стремительное распространение сначала на Севере, а потом и в южных штатах. Происходило слияние ранее существовавших группировок патриотов, националистов, расистов, оранжистов и консервативных протестантов. Вся страна покрылась сетью первичных организаций — «лож» и «советов». Они создавались по образцу аналогичных масонских структур Главными требованиями «Ордена ничего не знающих» являлись: ограничение, сокращение иммиграции, затруднение натурализации «инородцев» и запрещение иностранцам, недавно приехавшим в Америку, избираться на общественные должности. Доступ в ряды «ничего не знающих» был открыт только «чистым», «стопроцентным» американцам протестантского вероисповедания, родившимся в США.

Организация «незнаек», руководимая крайне правыми кругами северных штатов, пользовалась заметным влиянием не только в среде буржуазии, стремившейся ограничить права иммигрантов-рабочих. Она имела успех также у фермеров, рабочих, мелких собственников, представителей среднего класса, недовольных притоком «чужеземцев», создававших конкуренцию на рынке труда, в сфере производства и торговли. Иммигран- ты-«чужаки», по их мнению, отнимали рабочие места у американцев. Поддерживал нативистов и протестантский клир, опасавшийся усиления влияния католицизма в стране.

В 1852 г. во главе с новым лидером Джеймсом У. Баркером «ничего не знающие» организовались на национальном уровне. Они объединяли пятьдесят тысяч человек. Националисты заявляли о стремлении «сохранять и защищать фундаментальные американские ценности», традиции, образ жизни и культуру. Сильные позиции организация завоевала в таких городах, как Бостон, Салем, Филадельфия, Нью-Йорк, Чикаго, Вашингтон, Сан-Франциско. Главной базой движения стал Северо-Восток. Нативистские настроения разделяли тогда и в руководстве страны. Президент Миллард Филлмор прохладно отнесся к визиту в Америку в 1852 г. Лайоша Кошута. Лидера венгерского национально-освободительного движения подозревали в стремлении втянуть США в конфликты Старого Света. В нем видели агента римского папы, создавшего заговор с целью завоевания власти над миром.

Консолидация противников католицизма и иммиграции произошла на учредительном конвенте 17 июля 1854 г. в Нью-Йорке. На основе организации «ничего не знающих» был создан влиятельный «Американский орден». Орден объединил миллион членов, а его ложи появились в каждом штате, входившем в то время в состав Союза. Это была необычная, нетрадиционная для Америки партия, существенно отличавшаяся от иных политических организаций и движений. Деятельность «ничего не знающих», подобно масонам и другим тайным обществам, оказалась скрытой завесой строгой секретности. Имена руководителей, ритуалы, церемонии посвящения и степени не разглашались. Тайно, за закрытыми дверями проводились и ежегодные заседания главного совета — центрального органа ордена. Во главе местной ложи штата находился «Великий Достопочтенный Инструктор», сходный с «Великим Мастером» «вольных каменщиков». По внутренней структуре организация была близка первому Ку-клукс-клану — расистскому объединению на послевоенном Юге в эпоху Реконструкции (1865-1877 гг.), объединявшему несколько десятков тысяч американцев.

По мере роста популярности сформировавшегося на непартийной основе Американского ордена создавались условия для трансформации в партию с характерной для нее организационной структурой. В июне 1855 г. на Филадельфийском конвенте орден был переименован в Американскую партию (The Know-Nothing or the American Party). Данная организация претендовала на статус общенациональной и стремилась занять место развалившейся партии вигов. Филадельфийский конвент ориентировал на невмешательство в вопрос о рабстве. Партия «Ничего не знаю» выдвинула кандидатов на выборах всех уровней и уже в 1855 г. добилась впечатляющих результатов. В палату представителей 34-го конгресса она провела 45 сторонников — 19% состава (83 конгрессмена были демократами, 108 — противниками рабства — республиканцами). К Американской партии принадлежали и пять сенаторов. На региональных выборах «ничего не знающие», как правило, набирали по 25-40% голосов. Многие вновь избранные губернаторы являлись членами праворадикальной организации. Американская партия установила контроль над законодательными ассамблеями в штатах Новой Англии. Она была ведущей партией, оппозиционной демократам, в Нью-Йорке, Пенсильвании, Мэриленде, Вирджинии, Теннеси, Джорджии, Алабаме, Миссисипи и Луизиане.

После поражения У. Скотта на президентских выборах 1852 г. и последовавшего за этим распада вигской организации многие ее члены влились в ряды новой Американской партии. Другие примкнули к демократам либо к республиканцам14. Основную поддержку «ничего не знающие» получили от бывших консервативных вигов, не желавших сотрудничать с давними оппонентами — демократами или объединяться с анти- рабовладельческими силами. Современники событий оставили свидетельства политической борьбы на местах. Так, в провинциальных городках Кларендон и Ист-Гемптон в штате Нью-Йорк возникшие ложи нативистской организации пользовались большой популярностью. Тайные собрания посещали многие известные, уважаемые и влиятельные граждане («лучшие горожане»). При этом в «ничего не знающих» видели в первую очередь американских патриотов.

В нью-йоркском графстве Эри с центром в крупном портовом городе на Великих озерах Буффало двадцать лет господствовали виги. Однако в новых условиях, связанных с принятием прорабовладельческого Акта «Канзас-Небраска» 1854 г., представительство оппозиции в органах власти усилилось. На короткое время идеология секретных лож «ничего не знающих», направленная против «иностранного и папского влияния», оказалась привлекательной для избирателей. В 1854 г. Американская партия начала борьбу за власть. К 1855 г. в графстве установилось равновесие между тремя силами. Демократы, республиканцы и «американцы» имели примерно равное политическое влияние. Эта ситуация являлась уникальной: подобное не наблюдалось ни в одном другом регионе Союза.

Сильная партийная организация «ничего не знающих» сформировалась в Огайо. Здесь она пользовалась успехом среди местных немецких лютеран и шотландских пресвитериан. В крупнейших городах штата — Янгстауне и Кливленде издавались газеты Американской партии. Многие протестанты испытывали неприязнь к католической церкви и предпочитали финансировать общественные школы, где преподавался протестантский вариант Библии. Родители-католики отдавали детей учиться в религиозные приходские школы. Они не желали направлять налоговые отчисления на государственные учебные заведения. В начале 1850-х гг. «ничего не знающие» в Огайо вступили в коалицию с Союзнической партией (The Fusionist Party), предшественницей республиканцев. Именно при поддержке нативистов на губернаторских выборах в 1855 г. победил известный аболиционист Салмон Чейз. В Кентукки после распада вигской партии многие ее представители вошли в состав движения «ничего не знающих», а демократы выступили против них. Но во время последовавшей за этим острой борьбы некоторые переходили из одной партии в другую.

В штате Калифорния, где были сильны межнациональные и межрасовые противоречия, националисты победили на губернаторских выборах. Они спекулировали на «желтой опасности», возникшей из-за наплыва китайских рабочих-кули в связи с начавшейся в 1848 г. «золотой лихорадкой». Количество выходцев из Поднебесной в Калифорнии вскоре достигло 9% населения, и федеральное правительство вынуждено было ввести ограничения на их въезд. В Алабаме «ничего не знающие» объединили бывших вигов, отколовшихся демократов и различных «политических аутсайдеров». Главную цель деятельности они видели в получении штатом финансовой помощи для строительства железных дорог.

В Массачусетсе советы и ложи «Верхового Ордена звездно-полосатого знамени» выступили против старых «коррумпированных» партий. Произошла «тихая революция», отстранившая от власти консервативных вигов, длительное время занимавших господствующее положение в штате. Первый «сюрприз» произошел на выборах губернатора в 1854 г. Неожиданно с подавляющим большинством голосов (63%) победил представитель секретного общества. Выборы в законодательную ассамблею в 1855 г. принесли победу «ничего не знающим». Они завоевали абсолютное большинство мест при поддержке населения городов. Сенат состоял только из «ничего не знающих», а в нижней палате их было 379 из 418. Похожая ситуация наблюдалась только в Мичигане. В оппозиции оказались виги, демократы и антирабовладельческая группировка фрисойлеров-республиканцев. Наиболее популярным нативизм оказался среди рабочих, механиков, служащих, врачей. «Ничего не знающие», как и другие радикалы, относились с недоверием к юристам и адвокатам. Число последних в легислатуре сократилось с 46 в 1854 г. до 11 в 1855 г. На 10% местный парламент состоял из новых людей, которые ранее не избирались депутатами. Сопоставление итогов губернаторских выборов в Массачусетсе 1853 г. и 1854 г. свидетельствует о том, что большинство избирателей радикально изменило взгляды. 55% вигов и 62% демократов покинули свои старые партии и примкнули к нативистам. 77% сторонников запрещения рабства на Западе — фрисойлеров поддержали Американскую партию. Временная коалиция с Партией свободной земли («Фри сойл») способствовала победе нативистов. Однако этот союз был непрочен, поскольку фрисойлеры являлись противниками национализма, выступали за «всеобщее братство людей независимо от расы и веры». То был лишь тактический маневр противников рабства в ходе политической борьбы в штате.

«Ничего не знающие» обрушились с необоснованными и подчас оскорбительными нападками на католическую церковь. Враждебность в отношении ее сторонников была связана с «опасением того, что они представляют угрозу американским демократическим институтам и свободам». Опасались «иностранного влияния» и «иноземной религии, верховным главой которой являлся итальянец, живущий в четырех тысячах миль от нашей страны». Что еще хуже: он был светским правителем, «иностранным князем». Римский папа «командовал армией и флотом, правил с помощью деспотизма и обращался со своей страной, как и другие монархи Европы, подобно самодержцу». «Ничего не знающие» всерьез верили в «угрозу вторжения в США войск папы и его союзников с целью подавления ненавистных ему демократических свобод и учреждений». В заговор против демократии вовлечены не только католические епископы долины Миссисипи, но и европейские монархические государства. Интриги против республики плели лично также реакционный канцлер Австрии Меттерних и русский царь Николай I. Нативисты всюду видели заговоры врагов-иммигрантов, подозревавшихся в измене «принявшей их стране». По их мнению, романо-католики в первую очередь «паписты» и лишь потом — американцы. Они — проводники интересов иностранной державы — Папской области, осуществляющей политический контроль над большими группами населения. Американские католики «агенты влияния», зараженные монархическими идеями, «пятая колонна», предатели, поэтому им нельзя предоставлять избирательные права.

«Ничего не знающие» разрушили гранитный камень, подаренный римским папой Пием IX для Мемориала Вашингтона. В книгах и прессе публицисты и журналисты не стеснялись в сильных выражениях в адрес католической церкви. По их мнению, коррумпированный Рим все еще представляет «опасность» и способен на «агрессивные действия» против протестантизма. Святой Престол стремится уничтожить политические и религиозные свободы в США. «Старый римский папа и его безнравственные епископы и священники… погрязли в пьянстве, чувственных удовольствиях, злоупотреблениях, интригах и политиканстве».

Следует учитывать, что идеи «американизма», «американизации» и «американского образа жизни» были весьма популярны, разделялись большей частью общества США. Но подобные представления вигов и демократов отличались умеренностью. Демократы вначале недооценили нативизм, считая его «экзотическим растением, чуждым свободной земле». Впоследствии в пылу полемики они сравнивали «Американский Орден» с иезуитами, «святой инквизицией», нацеленной на утверждение «деспотизма» в США. А. Линкольн указывал на противоречие нативистской идеологии принципам Конституции, «Билля о правах» и «Декларации независимости». В соответствии с основополагающими документами Американской революции «все люди рождаются равными в правах и свободными». «Ничего не знающие» же предлагали добавление: «все люди равны, кроме негров, иностранцев и католиков».

Антинативистов заботило «процветание» страны. Иммиграция, дающая трудовые резервы, была необходима для экономического развития страны, освоения Запада. Так, виг и один из будущих лидеров республиканцев Уильям Генри Сьюард (1801-1872) под «американизмом» понимал «истинное чувство патриотизма» и выступал против притеснения иммигрантов. Он относился «благожелательно» к привлечению иностранцев в США. Америка — страна огромных возможностей и средоточие колоссальных природных ресурсов. Он считал «опасной нативистской демагогией» утверждения о том, что «права гражданства и голоса» могут быть «привилегией» только для избранных. Лишение права голоса противоречит «политической и религиозной свободе», «принципу равенства гражданских и политических прав для всех людей». Необходима «толерантность к их церквям». Гражданских и политических прав могут быть лишены только преступники и душевнобольные. Сьюард выступал за «американизацию» системы образования. В школах возможна успешная ассимиляция детей иммигрантов. Переселенцы должны интегрироваться в американское общество, усвоить его ценности, язык, культуру, законы, свободы, нормы поведения, образ жизни. Это должен быть естественный, постепенный процесс. Противники нативистов указывали на недопустимость выполнения требований «ничего не знающих». Нельзя вернуться в прошлое — к «практике колоний Новой Англии» в XVII в. В ту эпоху пуританское вероисповедание «являлось обязательным условием полного гражданства».

Архиепископы и епископы, в свою очередь, заявляли о лояльности, приводили примеры из истории. Несправедливо говорить о том, что все католики являются лишь бездумными орудиями в руках папы римского, слепо ему повинуются. Об этом свидетельствует история Европы. Так, Венецианская республика и некоторые княжества Италии, несмотря на признание духовной власти папы, неоднократно вели войны с Ватиканом.

Придя к власти в отдельных регионах, партия «Ничего не знаю» не сумела реализовать намеченную программу. Ее местные лидеры и активисты были малоизвестными деятелями с небольшим политическим опытом. Проводимая ими политика в 1855-1856 гг. только дискредитировала организацию и способствовала падению ее популярности. Примером неудачной политики нативистов являются события весны 1855 г. в Чикаго. К власти в городе пришел блок «Закон и порядок» («Law and Order»). Он объединил «ничего не знающих» и поборников моральных устоев общества, в основном из числа баптистов и других консервативных протестантов. Городской совет начал проведение экстремистского курса. Втрое была увеличена численность служащих органов правопорядка, иммигрантам запретили наниматься в полицию. Предпринимались меры по введению «сухого закона». Незамедлительно последовал «пивной бунт» (Lager Beer Riot). В ходе беспорядков погиб один человек, шестьдесят подверглись аресту. В итоге в марте 1856 г. на муниципальных выборах победила антинативистская коалиция, немедленно отменившая все ограничения на алкоголь.

В Массачусетсе «ничего не знающих» поддерживали немцы и ирландские протестанты-оранжисты. Легислатурой были приняты поправки в конституцию штата. Вводились ограничения вплоть до запрета на занятие государственных должностей натурализованными американцами. Было принято решение о «сухом» законе — запрете продажи ликера, вина, пива и сидра. Внедрялись «ежедневные чтения Библии» и другие меры по «американизации» общественных школ. Результатом подобной политики стало переизбрание в январе 1856 г. только одной шестой части старых депутатов. Проповедники, учителя, доктора, владельцы магазинчиков не попали в новый состав ассамблеи. Их места заняли крупные купцы и правоведы, профессионально разбиравшиеся в законотворческом процессе. Номинально легислатура оставалась «американской», но в реальности большинство составляли «коалиционные» кандидаты. В итоге Массачусетс оказался в «более компетентных» руках и все нативистские реформы были отменены.

В 1855-1856 гг. изменилась расстановка сил в руководстве «ничего не знающих». Оттеснив прежних руководителей ордена, на первые роли выдвинулась когорта новых лидеров. Известные южные и северные политики, преимущественно из рядов распавшейся вигской партии, перешли в лагерь сторонников ограничения иммиграции. Ими были, в частности, Миллард Филлмор (1800-1874), Джон Белл (1797-1869), будущий кандидат в президенты от Конституционной партии Союза в 1860 г., Эдвард Эверетт (1794-1865), государственный секретарь в 1852 г. С именем М. Филлмора, занимавшего пост президента США в 1850-1853 гг., связано принятие компромисса Клея 1850 г. по рабству. Ведущие позиции в руководстве «ничего не знающих» заняли спикер палаты представителей Натаниэль П. Бэнкс, сенатор из Кентукки Джон Дж. Криттенден, мэр Бостона Джером С. Смит, влиятельные виги Генри Винтер Дэвис из Балтимора и Эндрю Джексон Донелсон из Теннесси. К Американской партии примкнули также Генри Уилсон, Шуйлер Колфакс и Эдвард Бейтс, занятые позднее в администрациях республиканцев Линкольна, Гранта и Хейса.

https://america-xix.org.ru/library/prilutsky-knownothings/

 

© Copyright "Читальный зал". All Right Reserved. © 1701 - 2023
Народное нано-издательство "Себе и Людям"