При поддержке министерства культуры чтения России


Книги на английском языке размещаются в филиале Читального зала на сайте "iReading"



Видео-материалы размещаются в филиале Читального зала на сайте "Смотрикль"

Тамплиеры в Святой земле (1120-1291 гг.).

(Продолжение)

Численность ордена тамплиеров

Гийом Тирский (писал в 1165-1184 гг.) утверждал, что орден (вероятно, в Святой земле) насчитывает более 300 рыцарей и немало служилых братьев. Примерно 150 тамплиеров сопровождали Людовика VII на марше через Малую Азию (1147 г.). Когда после гибели князя Антиохии, в июне 1149 г., король Бодуэн двинулся на север, тамплиеры выставили ему «120 рыцарей и до 1000 оруженосцев и сержантов хорошо вооруженных» (на что ушло 8000 безантов). Как пишет папа Адриан IV, Нур ад-Дин в июне 1157 г. под Баньясом взял в плен «возлюбленного сына нашего Б[ертрана], магистра рыцарства Храма… и с ним 87 из числа братьев». При Хариме (11 августа 1164 г.) в войске Боэмунда III Антиохийского пали «из братьев наших… 60 храбрейших рыцарей, не считая братьев-сержантов (fratres clientes) и тюркополов, разве лишь только семеро избежали погибели»; в то же время магистр действовал с королем Амори в Египте. 25 ноября 1177 г. 80 или 84 брата из Газы с магистром сражались при Монжисаре («большая часть» рыцарей Храма и магистр Госпиталя «со своими братьями» еще ранее были задействованы в кампании графа Фландрского). Магистр с 11 ноября 1201 г. до Троицы 1202 г. защищал район между Сафитой и Хамой от нападений, располагая «сотней рыцарей и более того».

При Крессоне (1 мая 1187 г.) сражались 80-90 рыцарей Храма (погибли все, кроме двух-трех и самого магистра), не считая оруженосцев Храма и Госпиталя (те бежали с вещами своих рыцарей) и 300 пехотинцев. Еще надо учесть 10 госпитальеров (из них спаслись пятеро) и 40 королевских рыцарей из Назарета. Такие подсчеты восходят к современнику, слуге Бальяна д’Ибелена Эрнулю. Но в послании магистра папе римскому говорилось о гибели маршала (также пал сенешаль ордена), 50 рыцарей и 10 сержантов («60 братьев Храма» у Роджера Хоудена), а всего у христиан при Крессоне было 110 (то есть тамплиеры, госпитальеры и миряне), а не 140 (как у Эрнуля и в «Истории Ираклия») всадников. В «Книжице о завоевании Святой земли Саладином» сказано о не более чем 130 рыцарях и 300 или 400 пехотинцах (видимо, назаретяне и гарнизонные воины тамплиеров); первая цифра подтверждается анналами Маргана, хотя пехотинцев там указано 1200 человек. Наконец, надо добавить некоторое количество тюркополов, которых упоминает там один арабский источник - быть может, их присутствие и объясняет вариации в цифрах всадников по источникам?

Великий командор Тьерри в своем послании (июль-август 1187 г.) считал, что при Хаттине (где был сам Тьерри - ему удалось спастись) были обезглавлены «в тот день» (в действительности, 6 июля) 230 «братьев наших», и еще 60 (официальная оценка потерь) пали при Крессоне. Арабские авторы (Абу Шама, Имад ад-Дин, Ибн ал-Асир, Баха ад-Дин) подтверждают, что после Хаттина мусульманскими фанатиками, палачами-любителями, были хладнокровно зарезаны (и под Тивериадой, и в Дамаске) более 200 (согласно одному автору, 300 тамплиеров, а один поздний восточный источник говорит о 80 братьях!) пленных рыцарей орденов. Но славу мученичества обрели в те дни как тамплиеры, так и госпитальеры. Их тела оставались не похороненными на протяжении тех дней.

Можно предположить, что контингент ордена в Святой земле насчитывал порядка 300 рыцарей в XII в., и эта оценка находит подтверждение в сочинениях современников. Кроме Гийома Тирского (и Жака де Витри), Вениамин из Туделы утверждал, что в ордене 300 «всадников». Правда, иудей-путешественник полагал, что все триста обитали в квартале тамплиеров в Иерусалиме (и мог посчитать также сержантов, оруженосцев, клириков вместе с рыцарями), архиепископ же Тира имел в виду общее число братьев-рыцарей в королевстве. Да и брат Тьерри мог ошибаться в подсчетах потерь при Хаттине (или он считал вместе убитых и казненных пленников?), но отталкивался от той же цифры для рыцарей Иерусалима и Триполи (часть братьев уцелела в Иерусалиме, гарнизонах Газы, Тортосы и Сафета, немногие спаслись из боя - включая самого Тьерри).

Численность орденских сержантов («число которых почти бесконечно», пишет Гийом Тирский) в источниках не дается. Но соотношение один к трем для рыцарей и прочих всадников (оруженосцев, сержантов, тюркополов) представляется вполне вероятным. Следовательно, Храм мог выставить около 1000 человек вспомогательного состава на территории латинских государств.

Малькольм Барбер полагает, что «сложность военной иерархии, описанной в уставе, количество замков с гарнизонами, соотношение светских сеньорий, которые они держали, и обязанности эскортировать [паломников]», привели к тому, что военные ресурсы в Триполи и Антиохии были примерно равны орденскому штату в Иерусалиме. В связи с чем он удваивает численность тамплиеров на Латинском Востоке в 1170-1180-х гг. - примерно 600 рыцарей и 2000 сержантов. Но, думается, это несколько завышенная оценка. Орден не имел нужды в столь большом количестве рыцарей в мирное время, содержание которых обходилось ему очень дорого. Храм активно использовал наемников (рыцарей, сержантов, арбалетчиков, военных инженеров, тюркополов) [23], светских вассалов и мирян-собратьев. Confratres (и consorores) были свободными мирянами, установившими связь с орденом, не вступая напрямую в него - прежде всего путем выплаты ежегодной ренты и дарения ордену оружия и коня.

Иногда орден требовал отбывания воинской повинности у своих вассалов-мирян. В Арсуфе и Бейруте (теоретически 27 рыцарей и 71 сержант) они несли обязанность охраны замка (вероятно, когда крепость находилась под угрозой нападения). Также тамплиеры владели четырьмя рыцарскими фьефами в Морее, эквивалент держаний отдельно взятого епископа. Ряд дарений храмовникам совершил и Бодуэн I, император Константинополя. Однако, владения ордена в новых латинских государствах не означали то, что они обязываются сражаться с оружием в руках против противников-греков. Дарения эти Храму осуществлялись именно «ради помощи Святой земле». Хотя есть свидетельства о том, что допускалось выступать на защиту замков от нападений ромеев - «для обороны страны» (то же требовалось и от госпитальеров), указания на участие именно тамплиеров в военных действиях на территории Латинской империи отсутствуют. Хотя князь Мореи, созывая войска в 1258 г. и, возможно, в 1259 г., обращался и к тамплиерам.

Роман «Дочь графа де Понтье» (около 1250 г.) упоминает о службе графа де Понтье тамплиерам в Святой земле на протяжении года (во искупление убийства), и подобные обязательства встречаются в иных романах на старофранцузском, а Григорий IX в 1237 г. перечислял тех, кто служит в домах Храма или добровольно, или за плату. Устав ордена предусматривал возможность присоединения к ордену «на время», возможно, иногда только на время пребывания в Святой земле (один год?), после чего такой рыцарь возвращался к мирской жизни. Такие рыцари (milites ad terminum) давали клятву и подчинялись ограничениям, налагаемым уставом на братьев применительно к одежде и прическе [24]. Вениамин Тудельский сообщает, что, не считая самих рыцарей-тамплиеров, есть «всадники, приходящие из земли Фаранкуш [из земель франков] и из земли Эдом [из владений христиан] и возлагают на себя обет, что будут служить там дни или годы [вариант перевода: «год или два»] до исполнения их обета». Светский рыцарь поступал со своими оружием, продовольствием и лошадьми, но во время этой службы «на время» получал от ордена все необходимое на себя, оруженосца и коня (павший конь заменялся новым). Повиновался такой рыцарь маршалу Храма. По уставу, в отсутствие маршала, все светские рыцари, «прикрепленные» к ордену и находящиеся в Иерусалиме, подчинялись в походе командору города Иерусалима и ездили под его знаменем, но в одной рукописи дается иное чтение - рыцари «на жалованье», т.е. наемники.

Число тюркополов ордена примерно соответствовало количеству рыцарей: такое соотношение приводится для гарнизона Сафеда и при Ла-Форби. Пехота ордена упоминается, например, в рейде 1211 г. в Армению, и в 1258 г. магистр обещал выставить «братьев и других всадников и пеших» для охраны улиц Акры (и собрал братьев на «покрытых (броней) конях, и тюркополов, и прочих»). При защите орденской мельницы Док под Акрой от мамлюков (1263 г.) в плен попали 4 брата и около 30 пехотинцев. Пешие ратники обычно являлись стрелками - лучниками и арбалетчиками. Одна из могильных плит на кладбище орденского замка Шато-Пелерен демонстрирует изображение арбалета под простым крестом. В XIII столетии лучники и сержанты из сирийцев несколько раз упоминаются в гарнизонах Храма. Организация пехотинцев (вероятно, отряды по 50 человек) прослеживается по описанию гарнизона Шатле (1179 г.; см. ниже).

В XIII в. орден по-прежнему содержал на Востоке порядка 300 рыцарей - элиту армий латинян. Для Пятого крестового похода ордена тамплиеров и госпитальеров выделили по 700 «рыцарей» (всадников) и 2000 прочих воинов (вероятно, в основном наемники). Сто рыцарей Храма попали в плен в 1218 г. при ал-Каймуне, 33-50 тамплиеров погибли или пленены при Фарискуре (29 августа 1219 г.). Еще «более 100 рыцарей Храма и 300 арбалетчиков» (очевидно, на службе ордена) из Антиохии, не считая мирян и множества пехотинцев, пали при Дарбсаке (июнь 1237 г.) [25].

При Ла-Форби (Харбийа под Газой; 17 октября 1244 г.) орден был уничтожен - перебит «totus conventus Templi». «Так были разбиты, - отмечал автор продолжения хроники Гийома Тирского, т.н. «манускрипта Ротлена», - что из братьев Храма спаслись лишь 36 тамплиеров… Все прочие были убиты или попали в плен…». Другие источники (у Мэтью Пэриса) говорят о 18 или 33 уцелевших тамплиерах. Патриарх иерусалимский уверял, что орден потерял в этой битве 312 братьев-рыцарей (из 348) и 324 тюркопола. По словам императора Фридриха II, погиб «весь монастырь рыцарства Храма, сиречь 300 братьев», кроме 4 рыцарей и «нескольких сержантов-тамплиеров». Наконец, один западный хронист сообщает, что спаслись всего 15 тамплиеров и госпитальеров. Хотя ни один источник не говорит о том, чтобы тамплиеры привели с собой пехоту, несомненно, среди тысяч франкских пеших воинов в битве (их было 10000, согласно Сибт б. ал-Джаузи) был и контингент ордена Храма.

Через шесть лет при Мансуре (8 февраля 1250 г.), «как рассказывал мне [Жану де Жуэнвилю] потом магистр [Рено де Вишье], Храм лишился там 280 вооруженных людей, и все всадники», «все тамплиеры, что там были» (вероятно, включая великого командора тамплиеров брата Жиля - «добрый рыцарь, доблестный и смелый и обученный военному делу»). Спаслись всего не то 2-3, не то 4-5 храмовников. Собранная для экспедиции 1261 г. армия, где, вероятно, преобладали тамплиеры - монастыри Акры, Сафеда, Атлита (Шато-Пелерен) и Бофора, насчитывала «900 конных копейщиков, 1500 тюркополов и около 3000 пехотинцев» (и была почти полностью уничтожена). Орден быстро восполнял потери (так, после Ла-Форби тамплиеры «приняли в свои ряды многих мирян»), хотя трудности последних лет привели к тому, что Акру защищали, видимо, всего 240 тамплиеров (1291 г.) [26].

Но жизнестойкость ордена Храма, способность его к восстановлению, были исключительными. Неся потери, монастырь тамплиеров постоянно обновлялся с той же корпоративностью и с тем же духом обетов, отличавшим храмовников от мирского рыцарства. Полностью уничтоженное в 1187 году «отважное воинство Храма» возродилось в достаточной степени (хотя для этого пришлось продавать собственность в Европе), набрав новых братьев и тюркополов, чтобы принять активное участие и в осаде Акры, и в кампаниях Ричарда Львиное Сердце [27]. То же произошло и после Пятого крестового похода, и после разгрома при Ла-Форби.

Теодерих описывал свои впечатления от паломничества в Иерусалим: «Трудно даже представить себе, сколь велико могущество и богатство тамплиеров… Повсюду высятся их замки, где обитают рыцари и их войска». Армянин Торос, посетив Иерусалимское королевство в 1160-х гг., будто бы заявил королю Амори: «Когда я пришел в твою землю и спрашивал, кому принадлежат замки, мне иногда отвечали: „Это принадлежит Храму“; а иногда: „Это собственность Госпиталя“. Я не нашел ни одного замка или города, который считался бы твоим, за исключением трех». Разумеется, слова Тороса не следует воспринимать буквально, но в чем-то он был разумеется прав. Действительно, укрепления и замки ордена располагались по всей Святой земле и служили надежными форпостами для рыцарей и путешественников.

Теодерих сообщает, что тамплиеры и госпитальеры сопровождали паломников, направляющихся к Иордану, и «следили за тем, чтобы им не нанесли ущерб сарацины - и в пути, и при возвращении, и при ночевке там». Он добавляет, что патрули обоих орденов стерегли от неверных сон паломников, делавших привал на ночь в садах Авраама, у подножия горы Искушения. Специфика орденской миссии - охрана дорог королевства от грабителей и разбойников и в первую очередь обеспечение защиты паломников - побудила поручить тамплиерам не только организацию эскортов караванов и путников, но и оборону множества башен и маленьких крепостей, стоящих вдоль маршрутов пилигримов.

Всего Храм предоставлял людские ресурсы для защиты 18 крепостей, да и его штаб-квартира в Акре (1191-1291 гг.) была самым сильным замком в городе. Его гарнизоны (скажем, 50 рыцарей в Сафеде, 80 в Газе и т.д.), обеспеченные запасами провизии и водой, при угрозе вторжения составляли, вместе с иерусалимским (а потом - акконским) Домом, полевую армию, главный «монастырь Храма» в те самые триста рыцарей. Так, под Крессон отправился отряд, собранный из гарнизонов («монастырей») тамплиеров в Ла-Фев (ал-Фула) и соседнем Како [28], и на следующий день посланец Бальяна д’Ибелена нашел в последнем замке всего двух больных и открытые ворота! Перед нами симптом военной слабости латинян - чтобы противостоять мусульманам в поле, крепости приходилось оставлять буквально пустыми. Уже понеся урон при Крессоне, «тамплиеры и госпитальеры, собрав из всех замков своих множество людей, явились в лагерь» к королю. Проиллюстрируем примером: Ла-Фев капитулировал перед армией Саладина уже 26 июля 1187 г., поскольку гарнизон почти в полном составе принимал участие в бою 1 мая - рыцари погибли, в живых остались лишь оруженосцы и слуги. А после поражения при Хариме, когда другой контингент ордена находился в Египте, в Иерусалиме осталась лишь горстка тамплиеров, «не находящаяся в безопасности от враждебных действий и от нападения столь великого множества тюрок…».

Чтобы защищать северные границы Галилеи и охранять дорогу Тивериада-Сафед-Дамаск, тамплиеры в 1178-1179 гг. при поддержке короля Бодуэна приступили к постройке замка севернее брода через Иордан - Брод Иакова, крепость Ле-Шатле (Мезад Атерет), в 12 километрах от Галилейского моря. Саладин предлагал тамплиерам сначала 60 тысяч, а потом 100 тысяч динаров, если они сами ее и разрушат. Получив отказ, султан осадил недостроенный «Брод Иакова». Очевидцы дают подробное описание прочности этого укрепления. Крепостная стена была шириной около 5 метров, сложена из почти 20000 огромных обтесанных камней. Только на то, чтобы обтесать эти камни, ушло 80000 динаров. Пространство между двумя стенами, сложенными из этих тесаных камней, было заполнено природным камнем, и качество строительного раствора, который использовался при кладке стен, вызвало похвалу арабского автора.

Захватив Шатле 30 августа 1179 г., Саладин уничтожил там гарнизон тамплиеров из «80 рыцарей со своими оруженосцами, 15 вождей, имевших каждый по 50 человек» (итого 910 человек). Источник говорит о 1000 трупах, сваленных в цистерну для воды, а поскольку известно, что в замке имелись ремесленники (каменщики, строители, плотники, кузнецы, оружейники, точильщики оружия), цифра скорее означает общее число христиан [29]. Кроме убитых, еще якобы более 700 человек оказались в плену и по большей части были перерезаны по приказу султана [30]. Более 100 рабов-мусульман были освобождены победителями [31]. Наконец, Саладину досталось «100 тысяч железных единиц всякого рода оружия, множество провизии», 1000 кольчуг, кони. Но даже так археологам спустя века досталась богатая добыча - множество фрагментов вооружения, наконечники копий, топоров, булава, а также сотни наконечников стрел и арбалетных болтов.

Тот же замок Ла-Фев (Мерхавиа), прикрывавший путь из Рамлы в Тивериаду, служил прежде всего хранилищем для запасов оружия и провианта. Его гарнизон (судя по изучению остатков укреплений, размеры его составляли 80-90 x 110-120 метров) включал 50-60 всадников; в письме сенешаля Жерара де Ридфора (1184 год?) отмечено, что Ла-Фев смог вместить сотню рыцарей «и более», собравшихся на капитул. Но обычно число защитников укреплений храмовников было гораздо меньшим. Так, блокировавший дорогу у Хайфы небольшой прибрежный замок (фактически башня) в Детруа мог вместить лишь 15-20 человек и столько же коней. Гарнизон Храма в Никосии на Кипре весной 1192 года состоял из 14 рыцарей, 29 прочих всадников (оруженосцев и тюркополов?) и 74 пехотинцев - по другим данным, «не более 100 латинян». Впрочем, «История Ираклия» говорит о 20 братьях (шесть были убиты мятежниками?) в гарнизоне острова.

С другой стороны, в Шато-Пелерен якобы 4000 воинов получали ежедневное пропитание, а были и те, кто за свой счет явился из Акры «защищать нас или продавать провизию» (1220 г.). Тамплиеры Тортосы и госпитальеры Крака в 1230 г. собрали для набега 500 «рыцарей» и 2700 пехотинцев (из них, вероятно, не менее 200 конных и около 1000 пеших выставили храмовники). Сообщается об уничтожении гарнизона тамплиеров на островке Руад - не менее 120 рыцарей (среди них испанцы/арагонцы), 500 сирийских лучников, тюркополы и 400 сержантов (1301-1302 гг.). Но эти оценки явно завышены, хотя орден действительно понес серьезный урон при захвате острова мамлюками.

Наконец, тот же Сафед - «преграда в горле Сирии» (отстроен в 1240-1243 гг.). При его падении в 1266 г. там погибли, по двум источникам, 2000 чел.; другие оценки - свыше 600, 1500 или 1600 чел. (колебание чисел в большую сторону, очевидно, связано с некомбатантами). Согласно хронике Лиможа, в Сафеде были убиты 150 братьев Храма и 767 простых воинов, не считая госпитальеров (оказывали поддержку гарнизону), 4 монахов, женщин и детей - всего до 3000 душ. Уцелели, по ал-Макризи, всего двое защитников, включая предателя. Ранее (около 1260 г.) гарнизон Сафеда оценивался более чем в 1700 чел., но в военное время вырастал до 2200 (наемники?). Только 1/4 первого штата была комбатантами: «50 рыцарей [братья Храма] и 30 братьев-сержантов с конями и оружием, и 50 тюркополов с конями и оружием, и арбалетчиков 300». Имелись также 820 рабочих и слуг, 400 рабов-мусульман. Соседние деревни ежегодно поставляли 12 тыс. грузов ячменя и зерна, прочее продовольствие, а гарнизон имел собственные мельницы, охотников и рыбаков; регулярно приходили деньги для наемников, кони и оружие.

Магистры, маршалы и их гербы

Тамплиеры в Святой земле (1120-1291 гг.)Магистры и их гербы: читая нижеследующие описания символики, необходимо помнить, что гербы всех первых и многих последующих магистров, вне сомнения, вымышлены; точное происхождение многих магистров (и, отсюда, хотя бы их семейные гербы) под вопросом.

Юг де Пейн (умер 24 мая 1136 или 1137 года): на серебряном поле глава черная.

Робер де Краон (1136/1137 - 13 января 1149 года; сенешаль в 1132-1134 гг.): поле из золотых и червленых ромбов.

Эврар де Барр (магистр в 1149-1152 годах; участвовал во 2-м крестовом походе с войсками Людовика VII; умер в 1176 году): на лазури золотой шеврон и три золотых раковины.

Бернар де Тремлэ (конец 1152 / начало 1153 года - 15 или 16 августа 1153 года; пал под Аскалоном): на золотом поле глава червленая.

Андре де Монбар (1153 - 17 января 1156 года; в 1148-1151 гг. сенешаль ордена, участвовал в осаде Аскалона): на лазури две рыбы-усача стоящих спиной друг к другу золотые.

Бертран де Бланкфор (1156 - 2 января 1169 года; захвачен врагами 17 или 18 июня 1157 года в засаде у Брода Иакова, освобожден в мае 1159 года): две половины поля поделены каждая на вертикальные золотые и червленые полосы, цвета чередуются с другой половиной.

Филипп де Мийи, или Филипп Наблусский (август 1169 года - начало 1171 года; покинув должность, умер 2 или 3 апреля того же года; единственный магистр ордена, бывший родом из пуленов): на червленом поле серебряная глава.

Эд де Сент-Аман (1173-1179 годы; сражался при Монжисаре, попал в плен при Мардж-Аййуне / Бофоре 10 июня 1179 года [32], умер в плену 9 октября следующего года): на зеленом поле три серебряных перекладины, глава щита серебряная с зубчатой зеленой каймой по низу.

Арнальдо де Торроха (1180 - 30 сентября 1184 года; прибыл в Святую землю в 1181 году): червленая башня на серебре.

Жерар де Ридфор (магистр примерно с начала 1185 года до 4 октября 1189 года, до этого, в 1183-1184 годах, был сенешалем ордена; ранен, но спасся при Крессоне, пленен при Хаттине, освобожден в июне 1188 года и тут же принял участие в обороне Тортосы; отказавшись от бегства, геройски погиб в битве под Акрой): червленый орденский крест на серебре.

Робер де Сабле (1191 - 28 сентября 1193 года; участвовал в кампаниях 3-го крестового похода): поле из золотых и червленых ромбов.

Жильбер/Жирбер Эраль (1194 - 22 декабря 1200 года; прибыл в Заморье в 1198 году - участвовал в осаде Акры 1190-1191 гг.): лазоревый простой крест на серебре.

Филипп де Плесси (1201 - 12 февраля 1209 года): золотой узел-фрет (узкий Андреевский крест, переплетенный с полым ромбом) на черни.

Гийом де Шартр (1209 - 26 августа 1219 года; ранее был командором Сафиты - Шатель-Блан; в бытность магистром воевал в Армении, участвовал в 5-м крестовом походе; возможно, смертельно ранен под Дамьеттой): на лазури три золотых рыбы одна над другой, кайма поля из восьми золотых и черных прямоугольников.

Педро де Монтеагудо, или Пьер де Монтэгю (август 1219 года - 28 января 1231/1232 года; по разным версиям, родом из Оверни, или из Арагона либо Наварры; принял участие в 5-м крестовом походе): четверти 1-я и 4-я на черни серебряная башня, 2-я и 3-я на серебре червленый угловой «столб».

Арман де Перигор, или де Пьергор (октябрь 1232 года - 1244 год; пленен при Ла-Форби 17 октября 1244 г., умер в плену после 1246 г.): на черни три золотых льва стоящих с лазурной короной, когтями и языком.

Ришар де Бюр (1244/1245 - 12 мая 1247 года; ранее шателен Сафиты - Шатель-Блан).

Гийом де Соннак (1247 - 11 февраля 1250 года; участник 6-го крестового похода, тяжело ранен и лишился глаза при Мансуре, вскоре погиб при отражении нападения на королевский лагерь): на золоте черный лев стоящий в червонной короне и с языком и когтями червлеными, кайма поля из червленых ромбиков.

Рено де Вишье (1250 - 20 января 1256 года; участник крестового похода Людовика Святого): поле из беличьего меха.

Тома Берар, или Томмазо Берарди (1256 - 25 марта 1273 года): шесть золотых шевронов на лазури.

Гийом де Божё (13 мая 1273 года - 18 мая 1291 года; смертельно ранен и умер вечером того же дня в Акре при обороне города от мамлюков; ранее попал в плен в походе на туркменов - февраль 1261 г.; возможно, в 1268 г. командор Бофора, в 1271 г. командор в графстве Триполи): на золоте черный лев стоящий с червлеными когтями и языком, поверх червленое титло.

Маршалы ордена (приводятся даты, когда они упоминаются в документах на своем посту):

Юг де Кили: 1153 г.

Робер де Френель (из Шампани или из Антиохии): упоминается при Крессоне (где и погиб) как маршал Храма [33], но, возможно, занимал эту должность еще с 1183 года; ранее - великий командор (1179/1181 г.).

Жоффруа Морен: май 1188 г.; ранее - командор Тира (1187). Предположительно, он и есть тот маршал тамплиеров, который, «неся знамя (vexillum)», погиб вместе с Жераром де Ридфором под Акрой.

Жоффруа: 1193 г. (упоминается в Шампани, куда прибыл, очевидно, для набора новобранцев в орден).

Адам Брион: июнь 1198 г.; ранее - сенешаль ордена (1192).

Гийом д’Арзийер (из Франции): 1200-1204 гг., все еще занимал этот пост в июле 1204 года; его брат Готье прибыл в Заморье в 1190 г., а другой брат, Анри, участвовал в 3-м и 4-м крестовых походах и был связан родственными узами с герцогом Бургундским Югом III.

NN: не названный по имени маршал ордена, «неся lo bausan», участвовал в обороне лагеря крестоносцев под Дамьеттой 31 июля 1219 г. Точно так же, подняв знамя, маршал Храма со своей баталией оборонял арьергард армии крестоносцев во время ее отступления вдоль Нила (28 августа 1221 г.).

Юг де Монлор: июнь 1242 г. – 1244 г.; при Ла-Форби разделил участь магистра Армана де Перигора.

Рено де Вишье: май 1249 г. - май 1250 г.; участник 5-го крестового похода, видимо, был при Мансуре (в 1240 г. командор Акры; в будущем великий магистр).

NN: не названный по имени маршал ордена упоминается в грамоте, составленной 10 марта 1256 г. в Акре.

Юг де Жуи: 1251-1252 гг.

Этьен де Сиссе (из Бургундии): 1261-1262 гг.; участвовал в рейде в Галилею (февраль 1261 г.). Хотя Этьен отказался подчиниться воле папы Урбана IV и сложить с себя полномочия, новый маршал появился у ордена к концу 1262 г. (Гийом де Малэ).

Гийом де Малэ: сначала исполняющий обязанности маршала (май 1262 г.; «удерживающий место маршала»), но в том же году становится маршалом - декабрь 1262 г. (в 1271-1277 гг. орденский постельничий).

Амблар де Вьенн: 1271 г.

Ги де Форэ: июль 1277 г.

Жоффруа де Венда (из Оверни): 1289 г. (участвовал в обороне Триполи).

Пьер де Севрэ (из Бургундии): 1291 г. (участвовал в обороне Акры, где и погиб - схвачен мамлюками во время переговоров и предательски убит 26 мая; ранее, в 1284/1285 г., был орденским постельничьим).

Тюркополье ордена (приводятся даты, когда они упоминаются в документах на своем посту):

NN: не названный по имени тюркополье ордена упоминается в его уставе (событие относится ко времени до 1244 г.).

Эрве де Лион (из Франции): май - декабрь 1262 г.

Понс де Гюзан (из Прованса): упоминается в Каталонском фрагменте устава ордена; эпизод датируется временем между 1268-1273 гг.

Тибо: июль 1277 г. Возможно, идентичен Тибо Годену (из Иль-де-Франса) - командор Акры (1270-1271), великий командор королевства (1279-1291), великий магистр (1291-1292).

Орденское облачение и символика

Первые годы существования ордена братья носили непритязательную мирскую одежду, якобы (по Гийому Тирскому) пользуясь теми одеяниями, которые им жаловало население во спасение души. Первые положения об орденском облачении были утверждены в 1129 г. и модифицированы во французской версии устава (1139-1147 гг.). При поступлении в орден новобранцы получали стандартный комплект вооружения, доспехов и одежды. Одежда братьев принята была одноцветная - белая у рыцарей (и белый плащ зимой и летом), черная или из темной грубой шерстяной ткани у сержантов и оруженосцев. «Ведь именно белый цвет - символ целомудрия, а целомудрие обеспечивает чистоту помыслов и здоровье плоти» (красный же цвет символизировал мученичество). Каждый, получив новое одеяние, сразу же сдавал старое.

Тогда же были определены основные принципы внешнего вида братьев Храма - простое одеяние одинаковой длины (ни слишком длинное, ни слишком короткое), покрой которого соответствовал росту, по желанию - полотняная рубаха летом из-за «сильной жары… на Востоке» [34]. Также оговаривался запрет мехов (позволено носить их в одежде около 1165 г., но только овчину или каракуль), перчаток и башмаков с острыми носами и шнурками. На некоторых изображениях XIII в. тамплиер представлен в белом плаще (на левом плече простой крест) поверх подпоясанной серой туники (с капюшоном) до лодыжки; мягкая темная шапочка.

Прическа: тонзура, волосы до ушей и борода (братья отпускали - но не чрезмерно - бороду и усы; Жак де Витри описывает случай, когда рыцарь-мирянин был принят за тамплиера, т.к. «был лысым и бородатым»). Бернар Клервоский пишет, что волосы тамплиеры стригут коротко. Но вот его замечание, что они «никогда не расчесывают волосы», звучит сомнительно. Бернар, к сожалению, часто преувеличивал в пропагандистских целях. Образу холеного, богато одетого мирского рыцаря он противопоставлял фигуру лохматого, неумытого, покрытого пылью, грязного [35] тамплиера - рыцаря, который одновременно ведет войну против себя самого, своих плотских страстей, и своего противника, который, и живя, и умирая, уверен в Божьей любви, и потому никогда не потерпит поражения в своей борьбе.

Продолжаем перечисление предметов гардероба. Две шапки - хлопковая и фетровая. Чепец с головы снимать можно было только на ночь и на капитуле, если брат не был лыс. Две рубахи, по две пары брэ и шоссов; сюрко с разрезами спереди и сзади; меховой пелиссон, или гарнаш; два белых плаща (один на подкладке, другой без нее - летний); шап (просторный дорожный плащ); котта; кожаный пояс. Спать полагалось одетыми (в рубаху-камизу, брэ и шоссы из льна) и подпоясавшись веревочным поясом. Две небольшие сумки (для постельных принадлежностей и для сюрко), кожаный или из железной сетки мешок (для кольчуги и кольчужных шоссов). Сума для пищи, скатерть для еды, две чаши, две фляги, миска и ложка, полотенце для умывания, котел, мерка для ячменя, с особого разрешения топор и мельница для зерна. Седельные сумки (две для оруженосцев и одна для рыцаря), шпоры, уздечка, подпруга, попона, стремена и седло. Среди инсигний магистра ордена, надсмотрщика и командора были его печать и поясной кошель.

При папе Евгении III [36] тамплиеры «нашили на свои плащи кресты из красной ткани» на левую сторону груди. Отныне, пишет хронист Эрнуль, «те, кто из Храма, носят полностью алый простой (крест)» на белых плащах и шапах. «Крест, который вы носите, который укрепляет ваши тела и сердца», - как гласит отрывок из заказанного английскими тамплиерами (около 1155-1177 гг.) перевода «Книги Судей» на старофранцузский язык.

Форма креста, видимо, четко не регулировалась уставом. Судя по изобразительным источникам, существовало несколько вариантов символики. Известны кресты с раздвоенными «лапчатыми» концами (pattee); простые «греческие» кресты с концами равной длины; кресты с поперечинами на концах (potent; как в гербе Иерусалима); «вращающийся крест» [37].

Поверх доспеха рыцарь надевал «полностью белый» сюрко - обычно безрукавный, но иногда с рукавами на 3/4 длины руки (фрески из Крессака, середина XII в.). Крест ордена нашивался или на правое плечо сюрко, или посреди груди - но, видимо, только у собратьев. У собственно же братьев-рыцарей Храма крест на сюрко, вероятно, отсутствовал вообще, вопреки мнению околонаучной литературы. Впрочем, налатная одежда до второй половины XIII в. носилась далеко не всегда (хотя и предписывалась уставом), а 9 января 1240 г. папа Григорий IX отмечал, что храмовники привыкли носить рясы (каппы) super armis - поверх доспеха: мантии / туники тамплиеров / гарнаш? Тогда же папа позволил тамплиерам вместо каппы (мешающей движениям конечностей и препятствующей свободно действовать в бою) носить (в опасных местах) свободную верхнюю тунику (supertunicalibus) с крестом на груди (сюрко?).

Братья-сержанты внешне отличались от рыцарей цветом и символикой одежды: сюрко у них был черный, с красным крестом спереди и сзади. Плащ сержантам полагался по уставу бурый или черный, с крестом, как у рыцарей. Оруженосцы и собратья носили такие же плащи, как и сержанты. Тюркополам зимой выдавали котту, рубаху, брэ и гарнаш.

Тамплиеры в Святой земле (1120-1291 гг.)«Перед собой они несут двуцветное бело-черное знамя…» (Жак де Витри). Эрнуль пишет, что братья имели «флаг (ensegne), называемый флагом Босана (del Bauçant)» (в уставе - confanon bauçan / bausan / baussant, в тексте 1204 г. - vexillum balzanum, в источнике о событиях 1219 г. - bausan). Знамя тамплиеров делилось по горизонтали на черную (верх) и белую половины, иногда с красным крестом на белом поле (но в английском геральдическом свитке времен Генриха III - «Босан Храма [baucent, или Le Auncient], серебро, в черной главе червонный крест поверх всего»). Мэтью Пэрис изображает знамя с верхней частью черной и с нижней частью белой. Причем в «Английской истории» Босан поделен надвое (верхняя треть - черная, две нижних - белые), но в Великой хронике знамена и с равными полями, и с неравными (как и в «Английской истории»), в виде простого вытянутого прямоугольника на древке. На фреске в орденской церкви Сан-Бевиньяте (Перуджа, 1240-е гг.) знамя (по форме как у Пэриса), поделенное на равные половины - верхнюю белую (с нанесенным черным лапчатым крестом) и нижнюю черную. Возможно, это штандарт магистра, а Пэрис рисовал флаг (в XII-XIII вв. он назывался и гонфанон, и знамя) маршала и других чиновников ордена.

Вооружение тамплиеров

По виду и типу вооружение тамплиеров не отличалось от других образцов, применявшихся на латинском Востоке.

Рыцарю полагались кольчуга (обер), а в XIII столетии и дополнения к кольчужному доспеху - например, наплечники-эпольеры (Гийом де Божё в 1291 г., «легко вооружившись», надел только легкую кирасу и эпольеры); кольчужные шоссы, шлем или шапель-де-фер, меч, щит, копье, тюркская булава (возможно, простая дубина или шестопер), башмаки, три ножа (кинжал, нож для хлеба и короткий нож). Поверхность щита была белого цвета, с красным крестом ордена, иногда в углу (со стороны правой руки носителя); на печати брата Рустана де Кон (1232 г.) простой крест занимает всю поверхность щита. Щиты из Крессака (видимо, собратья ордена): на одном крест, а ниже орел, на другом - спирали.

 

Тамплиеры в Святой земле (1120-1291 гг.)На миниатюрах у Мэтью Пэриса щит белый с черной полосой вдоль верха, но знаменосец Храма забросил за спину щит без крестов и черно-белой расцветки. Видимо, щит магистра (из Сан-Бевиньяте) был черный с белой полосой по верху (с черным крестом) и с черной каемкой по самому верхнему краю; его шапель-де-фер с белым колпаком (на нем крест черный) и черными полями. Копейные значки с тремя косицами на конце, белые с красным крестом; конские попоны белые (верхняя половина) и черные, на крупе с красным крестом (у магистра крест черный - скорее всего, крест красный, просто краска потемнела со временем). Запрещалось золотить или серебрить уздечки, стремена и шпоры, а также иметь чехлы на щите или копье.

Снаряжение сержантов было в точности таким же, как у братьев-рыцарей. Единственно, им не полагались конское снаряжение, палатка и котел. Вместо полной кольчуги у сержанта был обержон - то есть кольчуга без кольчужных рукавиц, а его кольчужные чулки зашнуровывались сзади, в отличие от полных чулок, как у рыцарей. Устав предписывает сержантам в качестве защитного головного убора шапель-де-фер. Но этот тип шлема (железный колпак с полями) появился только в конце XII в., поэтому сержанты и рыцари тамплиеры в первые десятилетия существования ордена носили обычные западноевропейские боевые наголовья.

Продолжение

© Copyright "Читальный зал". All Right Reserved. © 1701 - 2022
Народное нано-издательство "Себе и Людям"